Адмирал Великого океана (СИ) - Оченков Иван Валерьевич

— Именно.

— Скажи, Костя, а зачем мы вообще помогаем ирландцам?

— Хороший вопрос, — одобрительно кивнул я. — Уж точно не из благотворительности. Как бы то ни было, мы с англичанами враги. А независимая Ирландия это как заноза у них в за…

— В неудобном месте?

— Верно. И я все сделаю, чтобы они не смогли ее вытащить.

Встреча с Коркораном состоялась тем же вечером. Сменившего военную форму на партикулярное платье полевого командира можно было принять за коммерсанта средней руки или разбогатевшего фермера, если бы не глаза. По ним было видно, что человек привык смотреть смерти в лицо и отдавать приказы, точно зная, что их выполнят…

— Вы Черный принц! Я видел вашу фотографию в одном пабе, — с чисто американской непосредственностью воскликнул ирландец при виде меня. После чего спохватился и добавил, — ваше императорское высочество!

— Так и есть, — улыбнулся я в ответ. — Проходите, Майкл, и устраивайтесь поудобнее. Насколько я понимаю, наша встреча не совсем официальная, поэтому предлагаю обойтись без титулов. В крайнем случае можете именовать меня — «Милорд». Выпьете что-нибудь?

— С удовольствием, милорд.

— К слову, неужели мои фотографии и впрямь висят в пабах?

— О да, милорд! Признаться, вы очень популярны у нас на острове. Как, впрочем, все, кому удавалось надрать англичанам задницы. Я даже слышал, что вас предлагали выбрать нашим королем.

— В самом деле?

— Не сойти мне с этого места!

— Нет уж, благодарю покорно. Корона это последнее, что мне нужно.

— Не поверите, но я так и сказал нашим политиканам. Король это последнее, что нам нужно! Ой… то есть… я не это хотел…

— Не смущайтесь, Майкл. Мы тут все люди взрослые и, смею надеяться, разумные. Так что давайте не будем зря тратить время на глупые расшаркивания и сразу перейдем к делу.

Разговор не занял много времени. Внешне неотесанный и даже грубый Коркоран оказался довольно прагматичным и даже изворотливым политиком. Прекрасно понимавшим, что его власть держится на трех китах: штыках солдат его бригады, популярности среди участников восстания и ирландцев вообще, а также доступа к лежавшему в русских банках золоту.

— Среди наших политиков, — без обиняков говорил он, — много таких, кто опасается, что эти денежки могут пропасть. И потому желают, чтобы золото вернулось в Ирландию. Сказать по правде, я и сам бы этого хотел… если бы был уверен, что они не профукают его на всякие глупости или, того хуже, отдадут англичанам!

— Что ж, Майкл. Как вы, вероятно, знаете, я человек небедный. Мне ваши деньги не нужны, хотя не стану скрывать, лишними они тоже не стали. Сейчас это золото вложено в различные предприятия, доходы от которых позволяют доставлять вам продовольствие и другие товары, не трогая основной капитал. Впрочем, вы ведь видели отчеты?

— Так и есть, милорд. Вы хорошо распорядились нашим золотом, а если бы не присланный вами хлеб, в Коннахте давно был бы голод.

— Тем не менее, вы или ваше правительство, когда оно, конечно, появится, можете попытаться вывести эти деньги из оборота и вернуть домой, но, полагаю, потерь в таком случае не избежать. Да и распоряжаться ими будут совсем другие люди…

— Это точно. Желающих набежит столько, что… — недоговорив, махнул рукой Коркоран.

— Поэтому наш официальный ответ будет таким — деньги сможет забрать только законное правительство Ирландии.

— А что, если нашим правителем снова окажется королева? — испытующе посмотрел на меня «дикий гусь».

— Это уже решено? — вопросом на вопрос ответил я.

— Пока нет, но… чертовы англичане давят на нас со всех сторон! Пока одни лорды пытаются вести с нами переговоры, другие устроили нашему острову настоящую блокаду.

— Это запрещено мирным договором.

— Плевать они хотели на договор. То есть официального объявления, конечно, не было, но все суда, оказавшиеся вблизи нашего острова, подвергаются самому пристрастному досмотру, какой только можно вообразить! Любое самое мелкое нарушение становится поводом для немедленного задержания. После чего попавший к ним в лапы корабль отводится в Белфаст и торчит там, пока его команда не начнет пухнуть с голода. Торговцы или рыбаки, им все равно, они могу задержать всякого.

— Не слышал о таком.

— Неудивительно. Русских и американцев они пока не трогают, но коммерсанты знают, что это возможно и не слишком охотно заходят в наши воды. Кому охота отправляться на карантин из-за того, что на его корабле обнаружили признаки чумы или еще какой-нибудь мерзости?

— Но ведь должны же быть какие-то правила…

— Думаю, они есть, вот только нам им никто не прислал.

— Вот сволочи, — вздохнул я, после чего внимательней взглянул на собеседника. — Как же вы живете?

— С божьей и вашей помощью, милорд. Я уже говорил, что, если бы не русское зерно мои люди уже пухли бы от голода. Кое-что подкидывают и наши братья из Штатов. Ну и контрабандисты никуда не делись. В конце концов, даже английский флот не может быть везде.

— И, тем не менее, вы уверены, что вас дожмут?

— А куда деваться? Если, конечно, вы не собираетесь приплыть в Дублин на броненосце, как сделали это в Неаполе?

— Боюсь, что это невозможно. У нас с Британией мир.

— Гарибальди, наверное, тоже так думал…

— Краснорубашечники вторглись в чужую страну и получили по заслугам. Мы здесь ни причём.

— Значит, соглашения с англичанами не миновать, — развел руками Коркоран.

— А чего хотите лично вы, Майкл?

— Я, как и большинство моих парней, хочу только одного, чтобы британские ублюдки оставили нас в покое! И будь у нас хоть малейший шанс, я бы продолжил сражаться. Но его нет, и нам придется с этим смириться.

— То есть вы поддерживаете идею доминиона?

— Если я скажу об этом своим людям, меня просто пристрелят. Но боюсь, что никакого другого выхода у нас нет.

— Сочувствую. Но вы ведь приехали сюда не затем, чтобы поведать мне о своих бедах?

— Конечно нет, но…

— Что вы хотите, Майк?

— Сказать по правде, мои товарищи в Ирландии надеялись, что вы придете к нам на помощь. Мне будет жаль разочаровать их…

— Мне тоже, но я не собираюсь начинать новую войну.

— Мы думали, Россия и Ирландия союзники.

— Боже правый, да Россия и так сделала для Ирландии не меньше, чем святой Патрик! Он всего лишь изгнал с вашего острова змей, а мы с этими змеями в человеческом обличье воевали и добились, чтобы вас признали воюющей стороной и включили в мирный договор!

— Да и мы никогда не забудем об этом, но…

— Не надо думать, — перебил я его, — что русские похожи на добрых самаритян, готовых по первому зову бежать на край света и таскать из огня каштаны для всех нуждающихся! Мы уже помогли вам и поможем еще не раз, но главное вам придется сделать самим.

— Но как? Как, черт возьми, нам этого добиться?

— Майкл, вы знаете, как правильно есть слона?

— Погодите, кажется, я слышал эту шутку от капитана Шестакова. Один кусок за другим?

— Точно! Англичане предлагают вам статус доминиона? А позвольте спросить, как давно у Ирландии вообще был хоть какой-нибудь выбор?

— Вы думаете, нам нужно согласиться?

— Не сразу. Для начала попытайтесь выторговать себе как можно больше и лишь потом соглашайтесь.

— А что делать с непримиримыми?

— Простите, но жрать нужно всем! Если вы будете контролировать продовольствие, то сможете контролировать всех.

— А как быть с блокадой?

— После заключения соглашения ее не будет. А до той поры… ну какие-то же корабли у вас есть? Вооружите их и конвоируйте свои транспорты. При нужде открывайте огонь. Англичане пока еще не готовы к войне, поэтому уступят.

— Думаете, это сработает?

— Пока не попробуете, не узнаете.

— У нас не так много кораблей.

— Хотите, продам вам по сходной цене пару дюжин канонерок?

— В счет дублинского золота? — криво усмехнулся Коркоран. — Что-то не хочется.

— Как угодно. В любом случае, вам нужно самим заниматься своими делами. Приводить в порядок экономику, создавать армию и флот. Но самое главное, не допустить Гражданской войны. Уверен, ваши соседи только и ждут, когда вы передеретесь, чтобы воспользоваться этим.