Учитель (ЛП) - МакФадден Фрида

– Я не хочу этого.

– Тогда, – говорит он, – ты должна выдвинуть ему ультиматум. Ты должна сделать все возможное, чтобы это немедленно прекратилось и никогда не повторилось. И еще... – Он берет меня за руку. – Ты должна выйти из этого брака.

В этом он прав. Я должна уйти от Нейта. Это не обсуждается. Я поднимаю голову, глядя в глаза Джею, впервые задаваясь вопросом, есть ли хоть какой–то шанс на будущее для нас двоих. Я знаю, что нет, но иногда мне нравится фантазировать, что это возможно.

Но это неважно. Буду ли я с Джеем или нет, я больше не могу быть с Нейтом.

– Ты справишься. – Он сжимает мою руку. – Не бойся его. У тебя все получится.

Он верит в меня, но проблема в том, что он не знает моего мужа так, как знаю я.

Глава 50.

Ева

К тому времени, как Нейт возвращается домой, я уже изрядно пьяна.

Он приходит почти через три часа после окончания уроков, что вызывает вопрос: чем он занимался все это время? Не знаю, был ли он с ней или выполнял реальные школьные обязанности. Если он не идиот, то понимает, что должен держаться подальше от Адди Северсон после того, как ее нашли возле нашего дома. Хотя он, должно быть, не совсем ясно мыслит, если целовал ее прямо у себя в классе.

Что касается меня, после того как Джей подбросил меня обратно к Макдональдсу за моей машиной, я немного покаталась, но в конце концов вернулась домой.

Я пыталась проверять работы, но это было бесполезно. Вскоре после этого я взялась за бутылку вина. К сожалению, у нас оставалась только четверть бутылки каберне. Но я нашла полбутылки водки.

Когда я слышу, как открывается входная дверь, я примеряю всю свою обувь. Да, всю. Не знаю почему, но в этом модном показе для моих ног есть что–то успокаивающее. Когда мне плохо, я иду к своей обуви. Нейт этого никогда не мог понять, но Джей понимает.

Нейт не зовет меня по имени, когда входит. Он никогда не зовет. Может, надеется, что меня нет дома, чтобы он мог подрочить, думая о ней. Не хочу знать, что у него в голове. Я просто хочу, чтобы он убрался из моей жизни.

Я бросаю всю обувь обратно в шкаф, кроме туфель Louis Vuitton, которые надевала на день рождения. Я вдеваю в них ноги и спускаюсь вниз.

Нейт в гостиной, снимает черное пальто. Он стягивает с головы шапку и быстро проводит рукой по густым волосам, приглаживая их. Спускаясь по лестнице, я не могу не вспомнить, каким красивым я считала своего мужа, когда увидела его впервые. Это была любовь с первого взгляда – или мне так казалось. Я всегда верила, что мы будем вместе вечно.

Я была так глупа.

– Привет. – Только после того, как слово слетает с губ, я понимаю, что у меня слегка заплетается язык. Мне не стоило пить последнюю рюмку водки. Мне нужно быть трезвой для этого разговора. – Ты дома.

– Ага, да. – Он вешает пальто в прихожей. – Ты начала готовить ужин?

– Нет. – Я хватаюсь за перила, чтобы не качаться. – Мне нужно поговорить с тобой.

– Ладно. – Он ослабляет галстук на шее и щурится, глядя на меня. – Ты пила?

Это не совсем то, как я хотела начать разговор, но неважно. Я не буду ждать ни минуты, чтобы обсудить это с ним. Это должно закончиться сегодня вечером. Я шагаю к нему, на этот раз хватаясь за диван для равновесия. Не знаю, как начать этот разговор, но я все равно пру напролом.

– Я знаю о тебе и Адди Северсон, – выпаливаю я.

Руки Нейта замирают на петле галстука.

– Прости?

– Я знаю, – повторяю я. Мне нужно сосредоточиться, чтобы слова не заплетались, но он должен понять, насколько я серьезна. – Знаю, что ты с ней делаешь. И знаю, что именно поэтому она была возле нашего дома вчера вечером.

– Это... это безумие! – Он смеется. – Да ладно, Ева. Ты правда думаешь, что я способен на такое? С Адди? – Он качает головой. – Откуда у тебя такая глупая мысль? Думаю, ты выпила лишнего. Хочешь, я сделаю тебе кофе?

Ох, он хорош. Мой муж – ловкач. Если бы это был просто слух, я бы, наверное, сейчас отмахнулась. Хотя я всегда знала, что он лжец.

– Я видела тебя, – выплевываю я. – Я видела, как ты целовал ее. В твоем классе, на пятом уроке.

– О. – Легкая улыбка исчезает с его лица. – Понятно.

– Что скажешь в свое оправдание?

Нейт тянет галстук, пока тот не ослабевает, затем бросает его на пол. Он опускает голову.

– Не знаю, что и сказать. Я совершил огромную ошибку. Адди была влюблена в меня, и я думал, что справлюсь, а сегодня она поцеловала меня. Я позволил этому продлиться на секунду дольше – знаю, что позволил. Это было глупо, и я никогда не допущу этого снова. Я дам ей ясно понять, насколько это было неподобающе.

Я сжимаю кулаки – мне хочется бить ими его в грудь, пока она не покроется синяками и кровью.

– Нет, я видела. Ты поцеловал ее.

– Тебя там не было. Ты не знаешь, что случилось.

– Я видела!

Вена пульсирует у меня на виске. Кажется, есть реальная вероятность, что она лопнет и убьет меня до того, как мы закончим этот разговор. До того, как мой муж признается мне, что сделал то, что я видела своими глазами. Часть меня желает, чтобы так и случилось.

Но другая часть меня хочет, чтобы он страдал.

– Ты сказала Хиггинс? – наконец спрашивает Нейт.

– Пока нет.

– Кому–то еще сказала?

– Нет. – Я сказала Джею, но не собираюсь упоминать об этом мужу.

– Понятно. – Он хмурится, весь лоб в морщинах. – Ты скажешь?

– Пока не уверена. – Я опираюсь на подлокотник дивана, потому что ноги дрожат. – Я еще не решила.

– Есть... – Он делает шаг ко мне, одну руку протягивая. – Есть что–то, что я могу сделать, чтобы убедить тебя не делать этого?

Я смотрю на его руку, будто он протягивает мне яд.

– Если ты еще раз до меня дотронешься, я выцарапаю тебе глаза.

– Понял, извини. – Он снова отступает. – Ладно, хорошо. Давай поговорим об этом. Что ты от меня хочешь?

– Я хочу развода.

Он даже не колеблется.

– Договорились.

Ничего себе, это был удар. Как бы сильно я ни хотела, чтобы он убрался из моей жизни, я как–то думала, или даже надеялась, что он поборется за наш брак хоть немного.

– И еще, – говорю я, – дом остается мне.

– Но этот дом...

– Дом остается мне.

Нейт стискивает зубы.

– Ладно. Забирай дом.

– И еще, – добавляю я, – ты должен немедленно прекратить отношения с Адди. Прямо сегодня или завтра. Ты должен мягко дать ей понять, но очень ясно, что больше никогда ее не увидишь. Это должно случиться сейчас. Не жди понедельника в школе.

Он должен был это предвидеть.

– Ладно, – говорит он. – Это все?

У меня есть последнее требование, которое я придумала после разговора с Джеем. Это будет для него самым сложным, но это не обсуждается.

– Ты должен уволиться из школы Касхэм, – говорю я. – Ты больше никогда не сможешь работать с детьми.

Нейт задерживает дыхание.

– Что? Ты не можешь говорить серьезно. Это моя работа, Ева.

– Ты все еще можешь преподавать. Можешь преподавать для взрослых. Но не детям. Никогда.

– Ева, да ладно, – выдавливает он. – Я не могу на это согласиться. Все остальное – ладно. Но я не откажусь от преподавания в старшей школе.

– Хорошо. Тогда мы пойдем к директору, и пусть она решает.

Нейт проходит мимо меня к дивану и падает на подушки. Он наклоняется вперед и вдавливает кончики пальцев в виски.

– Пожалуйста, не делай этого. Будь разумной. Ты должна быть разумной.

– Это максимально разумно. Вообще–то, тебе место в тюрьме.

– Ей шестнадцать. В Массачусетсе это совершеннолетие.

– Да, уверена, ты именно так о ней и думаешь. Как о взрослой. – Я качаю головой в отвращении. – Тебе нужно решать. Если ты не уволишься, я пойду к директору.

Он поднимает лицо, чтобы посмотреть на меня.

– И ты уверена, что она тебе поверит?

– Почему бы ей не поверить?

Он встает с дивана и фыркает.